Человек, не понимающий смысл своего существования, есть просто МЯСНАЯ МАШИНА. Люди - мясные машины. И каждый из них существует лишь сам по себе. Между ними нет братства.

Мясные машины смертны. Они не могут находиться в гармонии ни с окружающим миром, ни с собой. Они рождаются в неведении, живут в страхах и поисках счастья, в страданиях уходят из жизни. Их жизнь только калечит и уродует их и их тела. Вся жизнь их сводится к борьбе за комфорт, к продлению существования тел, которые нуждаются в пище и одежде, и к воспроизводству себе подобных – новых мясных машин. Но тела их, искалеченные их жизнью, быстро старятся, болеют, скрючиваются, обездвиживаются, гниют и распадаются на атомы. Таков путь мясных машин.

Мясные машины живут в городах мясных машин. Они идут по улицам, едут на железных машинах, влезают в автобусы и трамваи, толпятся в магазинах. Одни из них торопятся на службу или на работу, другие – домой. На работе мясных машин ждут просто машины и предметы или бумага, покрытая буквами; дома – другие мясные машины и еда, приготовленная ими. Весь город состоит из маленьких каменных или деревянных укрытий. В каждом укрытии живет семья или несколько семей мясных машин. Укрытие крепко запирается от других мясных машин, хотя и те, кто запираются, и другие, от кого запираются, конструктивно ничем друг от друга не отличаются. Мясные машины бояться друг друга, потому что у одних укрытия большие и в них много предметов сделанных мясными машинами, а у других – маленькие и в них предметов мало. На работе мясные машины зарабатывают деньги, чтобы купить на них еду, одежду, другие предметы. В укрытии они едят, спят, производят новые мясные машины и проводят время не занятое на работе. Новые мясные машины, мясные машины производят ночью: мясные машины ложатся друг на друга и двигаются. Потом в одной из них начинает расти маленькая мясная машина. Через 9 месяцев она выходит на свет и начинает свою жизнь в укрытии. Она растет и постепенно становится нормальной мясной машиной. Так живут мясные машины в своих городах.

Когда мясные машины не зарабатывают денег, они часто занимались тем, что называют отдых и развлечения и на это тратят часть заработанных ими денег.

Одно из таких развлечений называется опера. Мясные машины собираются вместе в большое укрытие, в котором есть просторное помещение (называется залом) с местами для сидения и открытой площадкой, которая называется «сцена». Придя возбужденными, мясные машины успокаиваются и рассаживаются по своим местам. Свет гаснет. Одни мясные машины (оркестранты) из предметов, называемых музыкальными инструментами, извлекают разнообразные звуки. Совокупность этих мясных машин называется оркестром. Другие мясные машины, одетые в необычные одежды выходят на сцену и начинают сами издавать звуки – это называется пением. Все они, благодаря врожденным данным и многолетним тренировкам, могут горлом издавать продолжительные звуки разной частоты и высоты. Сидящие в зале мясные машины не умеют издавать таких звуков. Поэтому они пришли послушать мясных машин, которые научились издавать такие звуки. В одной из опер мясные машины изображают карточных игроков. Затем появляются мясные машины женщины в в необычных одеждах. Они поют более высокими голосами. Сюжет этой оперы сводится к двум главным темам – любви и деньгам, слияние которых, по убеждению мясных машин, гарантирует полное земное счастье. Оркестр подыгрывает поющим мясным машинам. Мясные машины - оркестранты старательно извлекают звуки из деревянных и медных инструментов, стараясь следовать особой гармонии, выработанной за тысячелетия существования мясных машин. В этих звуках, сливающихся с голосами поющих мясных машин, ощущается неосознанная тоска мясных машин по иному, другому миру - миру … недостижимому для людей, пока они только мясные машины.

Другое развлечение называется «кино» и это развлечение мясные машины тоже очень любят. Как и большинство остальных развлечений мясных машин, оно достаточно простое: мясные машины собираются в зале, свет гаснет, и на белую материю из специального ящика проецируются тени, напоминающие мясные машины и предметы которые они делают. Эти тени совершают на белой материи необычные поступки: дурачатся, убивают, грабят, путешествуют по экзотическим странам, женятся на богатых и важных мясных машинах, уменьшаются или увеличиваются в размерах, совершают полет на ближайшие и отдалённые планеты, бьются с несуществующими зверями, и т.д. и т.п. Мясные машины, сидящие в зале, пристально следят за тенями и забывают о своей реальной жизни. Жизнь теней волнует их гораздо сильнее. Они мечтают о необычных поступках и приключениях. И получают огромное удовольствие от наблюдения теней. Сидя в темном зале, они то хохочут, то плачут. Некоторые теряют сознание от переживаний. Жизнь теней помогает им забыть о собственной убогой жизни.

В своих укрытиях мясные машины еще часто занимаются чтением книг. Книга – это бумага, покрытая комбинациями из букв Чтение заключается в том, что они долгое время смотрят на эту бумагу, покрытую комбинациями из букв. Такую бумагу придумывают мясные машины, которые называются писателями. Писатели это тоже машины. Они созданы для написания книг, то есть для покрытия тысяч листов бумаги комбинациями из букв. Они производят бумагу, покрытую буквами. Это их работа. Другие мясные машины, которые читают книги написанные писателями, изо всех сил верят этой бумаге, сверяют по ней свою жизнь, учатся жить по этой бумаге – чувствовать, любить, переживать, вычислять, проектировать, строить, чтобы в дальнейшем учить жизни по такой бумаге других.

Еще одно развлечение мясных - Цирк. Происходит это примерно так. В большой зал, накрытый огромным куполом, набивается много мясных машин. В центре зала расположена круглая открытая площадка, которая называется арена. В отдельном месте сидит духовой оркестр. Духовой оркестр играет марш и представление начинается.  На арену выходят мясные машины, которые называются клоуны и акробаты. Мясные машины в зале хлопают им. Клоуны изображают глупых мясных машин. Например, один клоун бьет другого по голове большим молотом, который сделан из папье‑маше. У другого от каждого удара громко звенит в голове и текут струями фальшивые слезы. И сидящие в зале мясные машины радуются, что они не такие глупые, как клоуны. Другие мясные машины - акробаты рискуют своей жизнью, летая на трапециях под самым куполом. Они за это получают деньги. Мясные машины радуются ловкости акробатов. И боятся, что акробаты упадут. Затем на арену выходят мускулистые мясные машины. Они поднимают гири, разрывают цепи, держат на одной руке несколько мясных машин. Потом они начинают бороться. Обычные мясные машины увлеченно следят за борьбой сильных мясных машин. Многие в зале завидуют их силе. Мясные машины любят смотреть на представления с участием животных. Вот на арену выбегает мясная машина - дрессировщица в ярком платье и выходит слон. В руках у дрессировщицы жезл, увитый золотой лентой. На конце жезла пуховый шарик. Внутри шарика спрятан острый стальной наконечник. Им дрессировщица колет слона, чтобы тот выполнял ее приказы. Мясным машинам, сидящим в заде кажется, что она касается слона пуховым шариком. Большой слон боится маленькой дрессировщицы. Он залезает на тумбу и поднимает передние ноги. Потом встаёт на передние ноги и поднимает задние. Он хочет, чтобы все это поскорее кончилось и его отвели в клетку, где есть еда. Мясные машины хлопают. Им нравится дрессировщица. Другой номер с  тремя обезьянами. Они одеты во фраки и  изображают мясные машины из соседних стран, которые не нравятся главным мясным машинам страны, в которой проходит цирковое представление. Обезьяны забираются на большой барабан с надписью «Американский империализм» и прыгают. Зал смеётся и хлопает. Мясные машины радуются, что обезьяны похожи на иностранных мясных машин, которых критикуют газеты мясных машин. Затем выходит мясная машина - фокусник. Он умело обманывает  мясные машины, сидящие в зале. И они восторгаются его мастерству. Он обманывает, что достает из шляпы кроликов и цыплят, обманывает, что распиливает женщину, обманывает, что становится невидимым. Мясным машинам нравится, что фокуснику удается так ловко и незаметно обманывать их. Затем выходит дрессировщик с собакой. Он говорит залу, что собака умеет считать до десяти. Но он тоже обманывает: на самом деле собака не умеет считать. Она просто вовремя лает, чтобы получить кусочек сахара из руки дрессировщика. Но мясные машины хлопают собаке и верят, что она знает арифметику. Вслед за собакой на арене появляется мясная машина в костюме флибустьера и с ножами за поясом. Напротив него поставили деревянный круг. И пригласили добровольца из зала. Добровольцем оказалась женщина, сидящая в первом ряду. На самом деле она тоже работает в цирке. «Флибустьер» привязал ее к кругу, отошел и стал метать ножи в круг. Мясные машины радуются ловкости метателя ножей. Но они не знают, что он большую часть своей жизни метал в цирке ножи. Женщина работает с ним последний год. Он нанес серьезные увечья уже четырем женщинам. На теле этой женщины было девять шрамов от его ножей. Она получает за это деньги. В конце представления на арену выходят гимнасты с флагами. Они кувыркаются, а потом составили пирамиду. Мясные машины долго аплодируют. Потом встают и идут к выходу.

Мясные машины любят устраивать соревнование сильных и ловких тел. Мясные машины с самыми сильными и ловкими телами из разных стран приезжают в главный город выбранный для проведения соревнований, чтобы соревноваться между собой. Показывая силу и ловкость, они бегают, прыгают в длину и в высоту, метают куски железа, поднимают тяжелые предметы, плавают, гоняют ногами кожаные шары, борются, сражаются на железных прутьях, бьют друг друга кожаными рукавицами, плюют из железных трубок металлом в бумажные листы. Это происходит на виду у десятков тысяч простых мясных машин, которые не столь сильны и ловки. Они следят за сильными мясными машинами и радостно хлопают им руками. Сильные тела вызывают у них восторг и зависть.

* * *

Я увидел сердцем всю нашу планету. Вся она от камней, воды и растений до животных и людей состояла из атомов –строительного материала, порожденного Светом. Вся она была однородна – не было никакой разницы между камнем и человеком, деревом и птицей.

* * *

Мир мясных машин. Многомиллионный рой голосов. Миллионы кроватей заскрипели, раздались сладострастные стоны, сперма хлынула в миллионы влагалищ, оплодотворились яйцеклетки, набухли матки, растянулись плодами, раздались крики рожениц, миллионы окровавленных младенцев выдавились на свет и слабо закричали, их обмыли, обрезали пуповину, спеленали, приложили к грудям, они жадно всосали в себя материнское молоко, стали расти, поползли, сели, встали, пошли, потянулись к игрушке, заговорили, побежали, пошли в школу с портфелями и цветами, стали писать буквы на бумаге, читать книги, учиться правилам жизни, стали любить и ненавидеть, играть и петь, восторгаться и издеваться, мучить и боготворить, надеяться и разочаровываться, обнимать и бить до крови, предавать и жертвовать собою, окончили школу, стали взрослыми, пошли на работу, стали зарабатывать деньги, влюбились, обнялись, рухнули на кровати, совершили миллионы половых актов, зачали, родили младенцев, состарились, умерли.

Такова история мясных машин.

* * *

Опарыш, пожирающй падаль, жук, поедающий опарыша, птица, клюющая жука, хорёк, отгрызающий голову птице, орел, разрывающий хорька когтями, рысь, хватающая орла, волки, грызущие рысь, медведь, ломающий волку позвоночник, рухнувшее дерево, убивающее медведя, мухи, откладывающих яйца в гниющей медвежьей туше, опарыш, вылупившийся из яйца и пожирающий падаль.

Многотысячные армии, наступающие друг на друга под барабанный бой, держащие в руках хорошо сделанные орудия убийства, залпы ружей и пушек, свист горячего свинца, размозженные головы, вышибленные глаза, оторванные конечности, вой и стоны раненых, радостный рев победителей, тех, кто сумел убивать лучше.

Власть одних людей над другими, унижения, фальшивое низкопоклонство, подавление чужой воли. Переполненные тюрьмы, пытки, показательные казни, продажа рабов, женщины и подростки, трудящиеся на заводах по изготовлению совершенного оружия для уничтожения людей.

Нищие, умирающие на улицах, опухшие от голода дети, беспомощные старики, умирающие в своих кроватях, молодые, тонущие в реках, горящие на пожарах, корчащихся от болезней, сходящих с ума, женщины, умирающие во время родов, младенцы, рождающиеся мертвыми.

Грабителей, убивающие ради денег, насильники, заставляющие женщин разводить ноги, аферисты, умело разоряющие других, гении лжи, сделавших обман великим искусством, расчетливые отравители, палачи, спокойно обедающих после своей работы, инквизиторы, посылающих людей на костер во имя блага, массовые убийства за принадлежность к другой нации.

Охотники, убивающие животных ради удовольствия, изысканные блюда, приготовленные из трупов зверей, рыб и птиц, человеческие рты, пожирающие сочащееся кровью мясо, зверофермы, выращивающие животных, чтобы содрать с них шкуры и сделать из нее красивую одежду людям, женщины, щеголяющих в этой одежде и обольщающие мужчин.

Такова жизнь мясных машин.

* * *

«… Мимо меня все шли и шли мясные машины. Каждая несла рой своей личной истории. Он гудел и клубился. Я двигался между этих клубящихся зон. Они были энергетическими дырами. Их энергетика была враждебна энергии сотрудничества и сопричастности в моем сердце. Я чувствовал, что каждое проникновение в чужую жизнь забирает энергию моего сердца. …»

«… Большая столовая была полна мясных машин. Они энергично ели борщ, солонину с перловой кашей, пили чай с сахаром. Они потели. Им было хорошо. Они напоминали мне цех на механическом заводе. Мясные машины сидели и поглощали пищу. Ложки стучали, зубы жевали. Это был цех по переработке пищи…»

«… Мы заходили в магазины, смотрели очереди, заглядывали в подъезды домов. Мясные машины двигались вокруг. Они были заняты своими делами. Сердца качали кровь. Мышцы передвигали кости. И вокруг каждой мясной машины гудел рой ее жизни…»

«… Они сидели, погрузившись в бумагу. Каждого интересовала только эта бумага. И совершенно не интересовал сидящий рядом сосед…»

* * *

… Позади меня стояла мясная машина в серой толстовке … Я видел всю его жизнь: не очень удачные роды, болезненное детство, скупой и черствый отец, тихая, покорная мать, страх высоты, любовь к собаке, сломанный палец, гимназия, смерть сестры, страх заразиться дифтеритом, успешная учеба, неудачный половой акт с проституткой, боязнь женщин, университет, половой акт со старшекурсником, революция, смерть отца, жизнь в коммуне, гибель любовника, война, контузия, неудачная женитьба, неудачная попытка самоубийства, библиотека; он любил: сыр, карманные часы, ВКП(б), приказы молчаливых и сильных мужчин, фантастические романы Уэллса, лозунг Троцкого о ликвидации семьи, велосипеды, шахматы, синематограф, свою работу, чистую посуду, запах спермы, долгие разговоры; он не любил: высоты, болот, пауков, мучной баланды, снов про медленного толстяка, громкоголосых женщин, детей, заусенцев, священников, скрипучих сапог; больше всего на свете он боялся пыток огнем.

… Передо мной стояла полноватая, тепло одетая мясная машина, приехавшая в Москву из Подольска. Он родился в поезде, рос в мещанской семье с пьющим отцом и работящей матерью, работал перевозчиком на реке, потом грузчиком в городе, служил в кавалерии, попал на войну, зарубил шашкой троих, застрелил в бою одного, расстрелял шестнадцать пленных, служил в ЧК, был уволен за изнасилование, женился, работал на заводе, в порту, на железной дороге, спекулировал, подделывал документы, ушел в торговлю, стал снабженцем, приторговывал сахаром, гречневой крупой и морфием. Он любил: мясные тефтели в томатном соусе, самолеты, начальство, револьвер под подушкой, заставлять жену сопротивляться перед половым актом, запах аптеки, обманывать на деньги, думать, засыпая, о хорошем будущем, велюр и каракульчу, дамские перчатки, конные парады. Он боялся: начальства, змей, смерти во сне, мыслей о бесконечности вселенной, внезапного артобстрела, сифилиса и ареста.

… Мясная машина начальник любил: быть начальником, жареных кур, точить рамки из дерева, охоту на уток, худых и истеричных женщин, запах бензина и военные парады.

… Я увидел его: иностранец, благополучная семья, старый отец, восемнадцать колонн университетского двора, рапира, два шрама, новый дом, война, шрапнель, семь осколков, маленькая грудь жены, кофе на чертеже, две дочери, боязнь заражения крови, боязнь булавок, боязнь заблудиться в лесу, подземные работы, бетон, вода и машины, молочный шоколад, бритье женского лобка, большие деньги, гайморит, лабиринт из подстриженного кустарника, порядок в письменном столе, любимая лошадь Нерайде, озеро в горах, аэроплан, цирк.

… Она была из «бывших»: особняк на Пятницкой, счастливое детство с куклами, собака Рэт, пони Цора, золотые погоны отца, пухлые руки матери, сестры, брат, тяжелые месячные, страх потерять всю кровь, любовь к мичману Антоше, венчание в Елоховском, выкидыш, Италия, снова выкидыш, революция, смерть отца, бегство матери, нищета, голодные обмороки, второе замужество, тяжелый запах мужа.

… Сердце его было простым насосом для перекачивания крови. А сам он – сильной мясной машиной. Издали я смутно видел его тяжело клубящуюся жизнь: в ней не было ничего особенного, что отличало бы его от сидящих в зале и оглядывающихся на него мясных машин. Он был как многие из них. Он сильно любил власть. Но многие в этом зале любили ее так же сильно. Хотел власти, чтобы просто властвовать. Он обожал только власть.

… Он всю жизнь проработал официантом в «Славянском базаре», но оставался при этом страстным меломаном; четырежды поступал в консерваторию по классу вокала и четырежды проваливался; он был одинок, обожал кошек и боялся налетчиков, которые однажды ограбили его, проломив голову; он молился покойной матери, придумав свою молитву.

… Он был большой, грязный и неграмотный крестьянин, сбежавший в Москву из глухой тамбовской деревни. Мужики их деревни, доведенной до отчаяния поборами советской власти, зарубили топорами государственных экспроприаторов, приехавших в очередной раз на подводах за зерном и картофелем. Председателя сельсовета вместе с тремя местными коммунистами заперли в бане и сожгли. Потом крестьяне вместе с семьями и скотиной разбрелись по тамбовским лесам. Карательный отряд ОГПУ ответно сжег их деревню и двинулся следом – ловить и расстреливать бунтовщиков. Он, потерявший семью еще в Гражданскую войну, убегая от карателей, добрался до железной дороги и на крыше вагона доехал до Москвы. Здесь он просил милостыню и питался отбросами.

… Вождь обожал власть над миллионами мясных машин его жизнь клубилась мучительной яростью. Но еще сильнее он обожал возможность потери этой власти. Он добивался власти, чтобы наиболее мучительным способом потерять ее. В этом заключалась главная страсть его жизни.

* * *

Мясные машины пришли в движение. Ранее каждая из них жила сама по себе. Теперь они объединялись. Они собирались в толпы. На какое-то время они забыли о прежней земной цели: личном комфорте. Новая идея заставила мясных машин ощутить новое родство: родство веры в коллективное счастье. Она сплачивала их. Вытягивала из своих каменных укрытий на площади. Заставляла забывать про семьи и кровных родственников. Требовала жертвовать собой.

Такого объединения мясных машин не было ранее: только войны могли оторвать их от семей, от каменных укрытий, именуемых «домами», от денег и личного имущества. Но войны быстро кончались. И мясные машины, поубивав себе подобных, снова возвращались к былым ценностям: комфорту, семье, деньгам, личному счастью. Теперь же они объявили войну этим ценностям и учились жить только идеей всеобщего равенства и братства. Лишенные гармонии в себе, они яростно искали ее в толпе. Толпа клубилась коллективной жизнью. Каждая мясная машина стремилась как можно скорее раствориться в толпе. И обрести коллективное счастье. Они испытывали это новое счастье. Ради него мясные машины готовы были убивать тех, кто не разделял их идею коллективного счастья. Тех, кто не хотел объединяться и жил прежними интересами. Это была новая война, не похожая на прежние. Она надвигалась. Стремительно.

* * *

Мясные машины яростно клубились. Они собирались. Рыли землю, плавили металл, громоздили камни. И строили новые железные машины. Машины для убийства мясных машин. Тысячи железных машин выстраивались в ряды и цепочки. Они ползли по земле. Копились в каменных пространствах. Их натирали специальным жиром. Из недр Земли выкачивали тяжелую кровь. И заливали в железные машины. Машины питались тяжелой кровью Земли. Они рычали и ревели. И готовились давить и убивать. Другие железные машины могли летать. И сбрасывать на города мясных машин большие железные яйца. Которые яростно взрывались. И разрушали города. Мясные машины гибли в своих каменных пещерах. Города горели. Эти летающие машины тоже выстраивались в ряды. Их красили в темные и светлые цвета. Они тоже питались тяжелой кровью Земли. Строились и другие стальные машины для уничтожения мясных машин. Одни из них умели держаться на поверхности воды и плавать. Хотя они были очень тяжелые. Они подплывали к городам и яростно метали в них железные яйца. Которые взрывались. И уничтожали города. Были машины, умеющие плавать под водой. И топить машины, плавающих на поверхности воды. Всех этих машин становилось все больше. Мясные машины очень старались. И строили железные машины днем и ночью. Мясные машины готовились к большой войне. Чтобы убивать мясных машин, которые говорят на других языках. И разрушать их города. А потом занимать эти разрушенные города, восстанавливать их. И жить в них. И рожать новых мясных машин. Война надвигалась. Она была необходима миллионам мясных машин. Они ждали ее. Во время этой войны должны были погибнуть десятки миллионов мясных машин.

* * *

Началась война мясных машин. Ее начало, как и многое в мире мясных машин, произошло быстро и непредсказуемо. Мясные машины страны Порядка клубились  желанием убивать во имя Порядка. Для этого они использовали железные машины и железные трубки, плюющиеся кусками горячего металла. Эти куски попадали в тела мясных машин и убивали их. Страна считалась сильной, если у нее было много мясных машин, железных машин и железных трубок, плюющихся горячим металлом.

Затем началась большая война. Мясные машины страны Порядка, сев в свои железные машины и вооружившись мощными трубами, плюющимися горячим металлом, быстро продвигались на восток по стране Льда, уничтожая мясных машин и железных. Мясные машины страны Льда отступали, побросав свои трубки, плюющиеся горячим металлом. Многие из отступающих попали в плен к наступающим. Пленных мясных машин содержали в огороженных и охраняемых местах. Они должны были работать даром на страну Порядка.

Война расширялась. Мясные машины страны Порядка продвинулись на восток, к двум главным городам страны Льда. Они осадили эти города. Также мясные машины страны Порядка проникли на юг и на запад. Новые страны втягивались в эту войну. Миллионы мясных машин, сев в железные машины, внедрялись во вражеские страны, плевали горячим металлом из широких труб, убивали мясных машин, говорящих на других языках, разрушали их города.

Война растянулась на несколько лет. Мясные машины страны Льда, накопив силы, изготовив много железных машин и труб, плюющихся горячим металлом, стали теснить мясных машин страны Порядка. Сопротивляясь, те стали отступать. Постепенно они отступили к своим пределам. В войну вступила большая и могущественная страна, отделенная океаном. В войне она была заодно со страной Льда. Живущие в ней мясные машины называли ее страной Свободы, так как в ней не было единовластного правителя, как в странах Льда и Порядка. Тысячи мясных машин страны Свободы сели в плавучие и летающие машины и достигли берегов стран, порабощенных страной Порядка. Мясные машины страны Свободы стали плевать горячим металлом из своих мощных железных труб в мясных машин страны Порядка и сбрасывать железные яйца на их города. Мясные машины страны Порядка яростно сопротивлялись, но вскоре стали отступать под натиском приплывших из‑за океана мясных машин.

* * *

Время Земли разноцветно. Каждый предмет, каждое живое существо живет в своем времени. В своем цвете. Время камней и гор темно‑багровое. Время песка пурпурное. Время чернозема оранжевое. Время рек и озер абрикосовое. Время деревьев и травы серое. Время насекомых коричневое. Время рыб изумрудное. Время хладнокровных животных оливковое. Время теплокровных животных голубое. Время мясных машин фиолетовое. Время трупов живых существ на Земле темно‑желтое.

* * *

Война мясных машин окончилась. Страны Льда и Свободы победили. Страна Порядка проиграла. Вместо разбитых железных машин строятся более мощные. Тысячи новых труб, плюющихся металлом, создаются ежедневно. В конце войны мясные машины создали мощнейшее яростное вещество, которого не было раньше. Взрываясь, это вещество могло уничтожать целые города. Миллионы железных яиц, разрушающих города, снова ждут своего часа.

¾      Вот уже больше года ты методично и подробно обозреваешь Интернет (копаешься в Интернете), а последние пять месяцев это стало чуть ли не основным твоим занятием. Зачем ты это делаешь и есть ли какие-либо результаты?

¾      Нельзя ответить на первый вопрос односложно. Во-первых, я просто знакомлюсь с возможностями Интернета. Во-вторых, слежу за текущими событиями (вместо доступного ТВ, которое смотреть невозможно). В-третьих, обозреваю, мониторю (провожу мониторинг) существующие в сегодняшнем обществе воззрения (комплексы миропонимания и мироотношения) для поиска созвучия и сотворчества. В-четвертых, делаю попытки высунуться, заявиться, выразить свои мысли и представления. Еще, может быть, в-пятых, собираю информацию (наполняю библиотеку, создаю тематические подборки)…. Вот, похоже, всё основное перечислил… Ну, еще, конечно, общаюсь с теми с кем еще общаюсь (это, уже в-шестых)…

¾      Ну, а на второй вопрос как ответишь?

¾      Можно опять нудно пройтись по каждому из этих «во-первых», «во-вторых», «в-третьих» и т.д. и разобрать «плюсы» и «минусы». Но можно в другом аспекте – что я обнаружил нового, во что уперся, в чём разочаровался. Т.е., другими словами, как у меня изменилось (меняется) представление об Интернете по мере того, как я в него погружаюсь и в нем работаю. Так, мне кажется, будет интереснее и, значит, правильнее.

¾      Давай разберем, что для тебя изменилось в твоём понимании Интернета и в твоём отношении к Интернету.

¾      Сначала необходимо отметить, что, за последние пару лет Интернет сильно прибавил и по наполнению и по распространению. Количество информации (объём) увеличился колоссально. И, как всегда, эта палка о двух концах. Вместе с возросшими объемами необходимой (нужной, полезной) информации колоссально возрос «шум» в Интернете. Что только здесь не размещается, кто только и о чём только здесь теперь не пишет. Вот эта колоссальная «зашумленность» Интернета является сегодня и основной его проблемой. Эта проблема и для того, чтобы услышать необходимое тебе, и для того чтобы быть самому услышанным кем-либо. Хотя, конечно, кто определяет, что есть «нужное», а что есть «не нужное». И, тем не менее, эта проблема – откопать в гигантском объеме информации то, что тебе необходимо и сказать то, что услышат другие – эти проблемы, на мой взгляд, сегодня основные проблемы Интернета.

¾      Это, я понимаю, одно из твоих «приобретений» («концептуальных») от работы в Интернете? А есть другие?

¾      То, что из этого вытекает. Интернет – это новая социальная реальность со своими правилами и законами. Эти правила и законы не выдумываются людьми, а «вырастают» и «вытачиваются» из самой практики функционирования Интернета. Поэтому, конечно, неизбежно, в Интернет ты приходишь со своими штампами и шаблонами, которые ты накопил в «без-Интернетом» мире, но не надо за эти штампы и шаблоны держаться. От них надо оттолкнуться и… отказаться от них, окунувшись в стихию Интернета и научаясь слышать и понимать его собственный внутренний язык… т.е. «поймать», «оседлать» его волну… Вот такое, почти «поэтическое» резюме J.

¾      Что еще? Что дальше?

¾      Другая интересная особенность. Интернет дал возможность высказаться буквально каждому, кто это захочет. Но, оказалось, что сказать особенно нечего! В подавляющем числе случаев, всё что размещается в Интернете оказывается или перетрансляцией существующих (массовых) ментальных штампов, или чукотской песней (что вижу – о том и пишу) или плагиатом от уже написанного. Сегодня ощущение от Интернета как от вьетнамского рынка: разнообразие такое, что пестрит в глазах, а выбрать нечего. И, в добавок, сплошная «ярмарка тщеславия» и «конкурс амбиций».

¾      Т.е. твоё многомесячное копание в Интернете привело тебя к выводам, что от Интернета мало толку?

¾      Нет, конечно, не так. Это не правильная интерпретация того, что я сказал. Я считаю, что Интернет пока не заработал в полную силу, т.е. пока еще не «включились» те специфические возможности, которые Интернет имеет перед другими традиционными социальными средствами сбора и распространения информации (традиционными средствами социальной коммуникации). Все традиционные средства социальной коммуникации представлены и разработаны в Интернете (осуществлены средствами Интернета) уже достаточно хорошо, например, СМИ, библиотеки, информационные порталы, справочная информация, имидживые и развлекательные проекты. Здесь как раз легко найти то, что нужно, и пользоваться найденным удобней, чем в традиционной форме, да и финансовые средства Интернет сегодня уже ощутимо экономит. Так же очень эффективен Интернет для между-личностного общения (электронная почта, разного рода коммуникаторы). Но это лишь опять «улучшение (и удешевление) традиционных» средств общения, т.е. того, что уже было: почта, телефон…

¾      Ну а какие  тогда «специфические возможности» Интернета еще «не включились»? Можешь это как-то расшифровать или привести какие-нибудь примеры?

¾      Например, т.н. «социальные сети» заработали совсем еще не в полную меру. А, может, вообще пока не работаю. Есть только зачаточные элементы, например, форумы, блоги, сообщества в блогах, флэш-мопы…

¾      А что тогда ты понимаешь под «социальными сетями»?

¾      Новый способ коммуникации людей, который выражается в добровольном (на основе консенсуса) объединении их усилий по определенным вопросам или направлениям деятельности с обязательным достижением результата этого объединения, результата, который непосредственно влияет, а в пределе и формирует всё социальное пространство.

¾      Чем это отличается от политических партий или общественных организаций, например?

¾      Я думаю, что форма коммуникации изменяет и содержание коммуникации. Во-первых, Интернет экстерриториален и глобален по своей природе. Это значительно увеличивает вероятность нахождения «единомышленников» и многократно ускоряет их взаимообмен информацией. Т.е. как бы не была узка и специфична проблема, в условиях широкого распространения Интернета можно найти на неё отклик. Конечно, тут вступают языковые ограничения, но и это со временем снимается даже просто техническими средствами. Далее Интернет позволяет практически в режиме онлайна обсуждать любые проблемы, что значительно сокращает время их «созревания» до готовности к реализации. И, наконец, изменение формы коммуникации, облегчение и ускорение взаимообмена между участниками – всё это оказывает обратное воздействие на содержание тем (на выбор тем), по которым происходит коммуникация и общение. Т.е. меняется (могут измениться – должны измениться) сами предметы общения, по которым люди получают возможность общаться и совершать совместные действия (объединять свои усилия).

¾      И всё это уже реализуется в современном Интернет-пространстве?

¾      К сожалению, нет. Я же сказал, есть только «зачаточные» элементы (пред-элементы): форумы, блоги, сообщества в блогах, флэш-мопы…

¾      Почему?

¾      Здесь несколько основных причин. Первое – Интернет как инструмент (производительная сила) не соответствует пока еще современному состоянию общества (производственным отношениям). Люди сами пока не готовы использовать его как-либо «не традиционно» - они не видят этих возможностей. В некоторых случаях сама потребность в этих возможностях еще даже не сформирована.

¾      И что делать?

¾      Готовиться к тому времени, когда Интернет сможет заработать «в полную силу», когда из «инструмента» превратится в «механизм» - механизм самоорганизации, саморегулирования и самоуправления общества. Готовиться к этому времени и приближать его. И, одновременно, самому пользоваться Интернетом уже в этом качестве – искать «сподвижников» и объединять свои усилия, для подобных целей (самоорганизация, саморегулирование и самоуправление общества), объединять усилия  в этом направлении…

¾      В этом твоя миссия?

¾      Я бы сказал, что это, с одной стороны «механизм моей миссии», а, с другой, «элемент моей миссии»…

¾      …

¾       

¾      Я не хочу жить так, как живут люди вокруг меня.

¾      А как они живут?

¾      Инстинктивно.

¾      Что это означает? Как это?

¾      Они выполняют повседневный ритуал (цикл, циклы, много циклов – циклические действия) и не задумываются о смысле того, зачем они это всё делают. Они социальные автоматы.

¾      А надо ли задумываться о смысле того, зачем они это всё делают? Может это правильно так делать. Фрейд вообще считал, что если человек задумывается о смысле того, что и зачем он делает (в широком смысле, как о смысле того, что и зачем он делает в пределе, т.е. о смысле всей своей жизни в итоге), то это не совсем нормальный психически человек.

¾      Это не значит что Фрейд прав в этом пункте.

¾      Да, не значит. Но зачем ты задумываешься об этом? Ты не можешь не задумываться?

¾      Нет, не могу.

¾      Т.е. ты пытаешься, как бы из себя выбраться и как бы взглянуть на себя со стороны? Но это уже что-то типа раздвоения личности, так же как и этот материал, который ты пишешь, разговаривая сам с собой, опрашивая самого себя. Тогда может Фрейд прав?

¾      Но разве такое само-от-себя дистанцирование, попытка взглянуть на самого себя со стороны себя – разве это само по себе есть признак ненормальности психики? Разве мы (каждый человек) это не делаем постоянно. Например, в мелочах, даже когда просто себя в зеркало разглядываем?

¾      Наверное, да. Но ты пытаешься охватить свою жизнь целиком и понять её смысл целиком. Зачем?

¾      И что тут не нормального? Это просто продолжение локальной нашей логики. Ведь локально мы в большинстве случаев  можем объяснить, за чем мы сделали то-то или то-то. Почему это не сделать в отношении всей своей жизни как некого целого?

¾      Да вроде бы ничего особого в этом нет. Но ты нашел ответ? Ты можешь ответить о смысле своей жизни?

¾      И да и нет.

¾      Что это означает?

¾      Я создал для себя определенную систему взглядов о том, что такое человек (что из себя представляет человеческий индивид), что такое я, что я из себя представляю (как конкретный человек) и в чём заключается мой собственный (персональный, индивидуальный) смысл?

¾      И что получилось?

¾      Во-первых, получилось, что я не хочу жить инстинктивно т.е. как все – это то, о чем мы с тобой и начали.

¾      Дальше.

¾      Во-вторых, я определил свой смысл. Этот смысл распался на два смысла: первый смысл  как у всех (т.е. если даже люди живут инстинктивно, это не означает, что в их жизни нет смысла, наоборот смысл в их жизни есть всегда) и второй смысл – моя персональная миссия.

¾      Значит, ты нашел смысл своей жизни?

¾      Получается, что нашел…

¾      Тогда действуй! Почему ты бездействуешь?

¾      Ну я не совсем бездействую, просто я сейчас не могу пока для себя определить приемлемую для себя форму социальной деятельности которая бы мне позволили реализовать мой персональный смысл, мою миссию.

¾      А в чем тут дело? Миссия мутно сформулирована или деятельности такой вообще нет?

¾      Миссия, конечно, тоже сформулирована только обще… Но и если даже я не осуществляю сейчас какой-либо вид формальной социальной деятельности – это не означает, что я бездействую. Мой поиск формы моей социальной деятельности – это тоже есть форма моей деятельности. И здесь есть нюанс. Форма социальной деятельности мне нужна двояко, во-первых, для того чтобы просто поддерживать своё физическое состояние, и, во-вторых, для того, чтобы реализовать свою миссию. И вот я сейчас пытаюсь определить: это может быть какая-то одна «социальная деятельность» или должно быть две разных «социальных деятельностей». Грубо говоря – одна для заработка, другая для души?

¾      Тогда в чём загвоздка? Ты не можешь это определить?

¾      Не могу. Конечно, мне хочется, что бы это была одна форма, но я не вижу ни одной пригодной для этой (и возможной для меня) формы социальной деятельности. А если это две разных – меня нет пока такой формы зарабатывания, чтобы она не мешала, а, наоборот способствовала моей миссии.

¾      А форму социальной деятельности, которая бы позволила тебе реализовать твою миссию – такую форму ты видишь? Например, если отвлечься от заработка и считать, что он у тебя есть?

¾      Так конкретно я, наверное, не думал.

¾      Так может быть подумать об это? Зайти с этой стороны? И тогда, может быть и форму заработка будет легче искать (что-то смежное, например)?

¾      Может.

¾      Так подумай.

¾      Подумаю. Но об этом давай в следующий раз поговорим.

¾      Давай.

Нет никаких законов -"наших", "не наших", "своих", "предков" и т.д... Мир человеческий един и целостен. Всё что нам в нём не "нравится" или "мешает" - всё это лишь часть нас самих и нами порождаемое вновь и вновь. Например, если мы вдруг удалим куда-либо часть или всех "преступников", то тем самым лишь освободим место для новых, которые неизбежно возникнут т.к. порождаем мы их сами, их (как и всё остальное) порождают наши взаимоотношения в процессе нашей жизни.

Всегда я был отшельником, но тем не менее раньше с отечеством, правительством, общественным мнением, официальной наукой и т.д. жил в мире, хотя я был идеалистом и охотно участвовал в оппозиции против несправедливости, бюрократии и приспособленчества… Потом, во время наступивших перемен, мне не только стало ясно, что дело не в одном президенте, парламенте, чиновниках, газетах и партиях, что весь народ был воодушевлен и аплодировал отвратительному вранью и правонарушениям, и громче всех это делали профессора и остальная интеллигенция, - мне стало ясно также, что любая искренняя и честная  оппозиция, любая маленькая и честная критика были лишь фельетоном и пародией, что и среди «оппозиционеров» лишь немногие действовали всерьез и в случае необходимости готовы были умереть за свое дело.

После уничтожения отечественных и общественных идолов пришла очередь собственного воображения. Я должен был внимательно исследовать нашу национальную духовность и нравственность, наш сегодняшний язык, наши газеты, нашу школу, нашу литературу – и все это большей частью оказалось изолганным и пустым, включая меня самого и мои «исследования», хотя они и не были лишено благих намерений. … И тогда я обновил свою способность чувствовать, я понял, что в моей душе отражается путь развития всего человечества, и по сути, малейшее движение моей души столь же важно, как и любые изменения во внешнем мире…

Благо имущим и оседлым, верным и добродетельным! Я их люблю, я их почитаю, я им завидую. Однако я полжизни своей потерял, пытаясь подражать их добродетелям. Я хотел стать тем, чем я не был. Я хотел быть исследователем и одновременно обывателем. Я хотел стать творцом нового и фантазером, при этом сохраняя достоинство человека, имеющего семью и родину. Это продолжалось довольно долго, пока я не понял, что я не могу быть и тем и другим, иметь и то и другое; что я кочевник, а не «служащий», я – искатель и хранитель всех стран и миров.

Долго я бичевал себя перед богами, законами и правилами, которые были для меня всего лишь божками. Это было моим заблуждением, моей мукой, моим соучастием в нищете мира. Путь искупления вел меня в собственное сердце, и лишь оттуда – к богу, и лишь оттуда – в мир.

Tags: пробуждение

Так сложилось, что о том, в чем заключается смысл моего существования в этом мире я сознательно задумался в старших классах школы. И стал честно пытаться найти ответ. Казалось, что ответ на этот вопрос лежит на поверхности – так прост и очевиден был этот вопрос и так было бы странным если бы люди, которые жили вокруг меня, жили бы не зная на него ответа. Да разве можно жить не зная ответа на вопрос каков смысл во всем том, что ты делаешь? Нельзя. Значит, думал я, они этот ответ знают, просто об этом не принято говорить. Или мне еще рано знать ответ на этот вопрос.

С тех пор прошло почти четверть века. В главном я не ошибся. В каждом человеке есть ответ на вопрос зачем он живет. Этот ответ есть в каждом человеке даже если он и не задает сам себе этот вопрос. Ответ на вопрос о смысле своей жизни - это условие устойчивости любого человеческого индивида, условие его существования и деятельности в окружающем его мире. Если в человеческом существе, внутри него нет ответа на вопрос о смысле его существования, то он не может «быть» в окружающем его мире. Но, эти ответы разные и их много.

Tags: смысл моего существования

Ну, конечно, все они считают меня дурным  человеком.  По  утрам  … я сам о себе такого же мнения. Зато по вечерам - какие во мне бездны! - … какие бездны во мне по вечерам! Пусть я дурной человек. Я вообще замечаю:  если  человеку по утрам бывает скверно, а вечером он полон замыслов, и грез и усилий – он очень дурной, этот человек. Утром плохо, вечером хорошо -  верный  признак дурного человека. Вот уж если наоборот - если по утрам человек бодрится  и весь в надеждах, а к вечеру его  одолевает  изнеможение  -  это  уж  точно человек дрянь, деляга и посредственность. Гадок мне этот человек. Не  знаю как вам, а мне гадок. Конечно, бывают и такие, кому одинаково любо и утром,  и  вечером,  и восходу они рады, и заходу тоже рады, - так это уж просто мерзавцы, о  них и говорить-то противно. Ну уж, а если кому одинаково скверно - и утром,  и вечером, - тут уж я не знаю, что и сказать,  это  уж  конченый  подонок  и мудозвон. Потому что если ты не подонок, ты всегда сумеешь к  вечеру подняться до чего-нибудь, до какой-нибудь пустяшной бездны...